На «Евровидении» Толмачевых поддержали, Россию освистали

На Филиппе Киркорове, наблюдавшем из «грин-рума» за выступлением сестер Толмачевых в первом полуфинале «Евровидения», не было лица. Он хватался то за сердце, то за голову, то за все сразу, и казалось, вот-вот маэстро хватит удар. Переживал! И было из-за чего. Политическая подоплека на «внеполитическом» конкурсе песни была, конечно, всем очевидна, и отношение людей к стране, под флагом которой выступают артисты, в зависимости от ее международной репутации всегда имело место. Учитывая, что с репутацией России в Европе сейчас есть проблема, несчастные сестренки могли оказаться, извините, козами отпущения. Но публика, надо сказать, очень грамотно «развела понятия».


Как пишет «Московский Комсомолец», романтический номер на качелях прекрасно спевших Маши и Насти зал принял вполне доброжелательной овацией, телезрители и жюри тоже проголосовали, как оказалось, вполне позитивно. Но в конце шоу, когда объявлялись страны, квалифицированные в финал, радостный крик ведущих концерта: «Russia!» — потонул в вязком и громком неодобрительном гуле публики. В эфире этого почти не было слышно, но ощущения в зале были почти апокалиптическими — жуть, да и только. На групповой пресс-конференции со всеми финалистами первого тура, где принято задавать каждому из участников по одному вопросу от национальной и международной прессы, нашим артисткам не задал вопрос ни один иностранный журналист, и это смахивало на молчаливый бойкот. Однако словам сестренок: «Мы всех вас очень любим!» — сочувственно аплодировали. И Толмачевы с милыми и непосредственными улыбками на своих ангельских личиках продолжали мастерски держать удар: «Каждый сюда приехал за победой, и мы тоже хотим занять почетное место».

На понятном контрасте посланница Украины Мария Яремчук принималась и на концерте, и на пресс-конференции с сознательно акцентированным восторгом и поддержкой на грани экзальтации — одновременно и как героиня ивента, и как жертва трагических обстоятельств на ее родине. С обеими ролями артистка отлично справилась. Шикарная красавица и прелестная певица с филигранно спетым, актерски отыгранным и почти гениальным в своей креативной простоте номером Tick-Tock, где была «белка в колесе», сумела подать, пожалуй, одну из самых убедительных и ярких заявок на победу в конкурсе. При этом роль жертвы, свалившуюся на нее в силу обстоятельств, пронесла с безупречными достоинством и сдержанностью. На ожидаемый вопрос шведского журналиста: «Насколько важно для вас было пробиться в финал в контексте ситуации на Украине и в Крыму?» — и желавшего, видимо, услышать в ответ громкие и обличительные политические декларации, Мария с кроткой улыбкой молвила, что горда быть украинкой, что не одна на сцене, а «со мной 46 миллионов украинцев за моей спиной», что сейчас — самое время вспомнить о том, что есть «много вещей, гораздо более важных, чем политика», а «Евровидение» — лучшее место, чтобы объединить людей». Короткая и мудрая речь, разумеется, не могла не потонуть в оглушительной овации.

На групповом фото сестры Толмачевы и Мария Яремчук с флагами своих стран оказались рядом, и получилось так, что стали центром всей композиции. Символичная случайность с массой подтекстов, которые можно разминать до посинения.

Тем временем еще не успели прозвучать финальные фанфары первого тура, а за кулисами началась беготня и суета из-за выложенных в соцсетях фрагментов телетрансляции на Украине, где начало номера сестер Толмачевых на несколько секунд прервалось изображением телевизионной сетки. Говорят, в Москве из-за этой «гнусной провокации» уже успел даже побуянить Жириновский. Здесь же сперва никто ничего не понял, ходили слухи, что вырезали весь номер, глава нашей делегации задала вопрос главе украинцев, тот в ответ неподдельно удивился: «Мы же не сумасшедшие, чтобы себя на три года лишить участия в конкурсе!» Потому что будет дисквалификация — если действительно вырезали номер. У нас же тоже какое-то «родительское собрание» хочет вырезать из грядущей трансляции Кончиту Вурст. И если, конечно, все начнут вырезать то одно, то другое по своему усмотрению, то «Евросонг» крякнется в тартарары. Поэтому есть жесткие правила, регламент и кары в случае вопиющих нарушений. Будет ли теперь признана «вопиющим нарушением» пауза в несколько секунд во время трансляции номера России, была ли это провокация или просто потеря сигнала, и вообще «был ли мальчик», никому сейчас доподлинно не известно, официальных реакций или разъяснений от руководства конкурса еще не поступало, и по большому счету вся эта история похожа на бурю в стакане воды. Так и хочется напомнить сценку из какой-то революционной драмы: «Артистов, женщин и детей не трогать!».

Между тем, пока артисты выкладывались из последнего, пробиваясь через сито полуфинала, по «Евровидению» прокатилась веселой колбасой Верка Сердючка — настоящая икона в истории конкурса. Ее появление грозило лишить всех других участников, кроме разве что бородатой Кончиты Вурст, остатков внимания. Верку тут же обступили со всех сторон журналисты, еврофаны, пока она громко тусила в пресс-центре. Легендарная украинская drug-queen под ручку со своей вечной спутницей «мамой», конечно, юморила и важничала как могла. Истинную причину своего появления тщательно скрывала, и все подумали сперва, что она прибыла с «миротворческой» миссией, чтобы поддержать своих. Она, однако, пояснила, что поддерживает артистов «не по паспорту, а по творчеству», и ей не важно, кто из какой страны. Главное, чтобы человек и артист были хорошими. А Яремчук и сестер Толмачевых чисто по-женски, охая и ахая, конечно, пожалела — мол, тяжело им, бедняжкам, когда долбают политикой и «гадости всякие говорят». Закончив с «миротворчеством», Верка включила наконец ожидаемую в данном контексте «женскую ревность» и несколько раз рассказала заготовленную, видимо, заранее байку про то, как живет «через стенку» с Кончитой Вурст и все время орет ей через форточку: «Кончита, кончай!» — когда та распевается. «Бедняжке даже некогда побриться, так занята репетициями», — ерничала Сердючка. Кончита, которой доброжелатели тут же донесли «хохмы хохлушки», просила передать коллеге, что «женщина с бородой — это тренд нового времени, и Сердючке самой, если она хочет оставаться актуальной, надо бы отпустить бороду». Однако пока две транс-дивы — прошлого и настоящего — еще не встретились и не порадовали публику срыванием звезд с головы и выдиранием волосенок из бороденок.

Верку же на самом деле привезли на «Евровидение», чтобы объявить в одной из рекламных пауз во время трансляции первого полуфинала о Книге рекордов «Евровидения», куда она попала в номинации «Самая серебряная» за свой костюм на конкурсном выступлении в Хельсинки в 2007 г. В итоге ликующую Сердючку камера выхватила из толпы на пару секунд во время рекламной паузы, но это было даже короче, чем «отключение» сестер Толмачевых из украинской телетрансляции.